Если бы в ту пору ему сказали, что он постигнет искусство писца, это великое искусство, доступное лишь избранникам, он бы не поверил. Если бы ему сказали, что вместо деревянного копья в руках у него вдруг окажется резец и с помощью его он сможет на гладкой стене сделать изображения людей и богов, он бы удивился и сказал: «Такое чудо может свершиться где-либо, но не здесь…» Однако все это свершилось после того, как воины северной части Куша, люди племени маджаи, пришли к Отрогам Земли и стали угонять людей в столицу фараонов.

Маджаи – враждебное племя. Давно говорили о том, что они стали наемниками фараонов. Однако никто не думал, что маджаи согласятся угнать в рабство своих собратьев. Да и трудно было представить себе, что в столице божественных фараонов нужны молодые пастухи из Отрогов Земли. Это было непонятно тогда, когда они жили в своих тростниковых хижинах в маленьком селении. Но это стало понятно, когда тысячи нубийцев оказались в городах Египта. Здесь были нужны крепкие руки. И он, юноша с бронзовым телом и курчавой головой, пастух Памеджаи, оказался среди многих тысяч рабов.

Их гнали по знойной пустыне голодными. Они страдали от жажды. Памеджаи запомнил горькие слезы. Они душили его весь долгий путь. Нелегко было расстаться с хижиной отца. Он был единственным у своей матери и первое время видел по ночам во сне ее скорбное лицо. Но все это прошло, и теперь, когда он дописывает строки священного свитка на стене этого удивительного храма, ему даже кажется, что маджаи сделали для него что-то хорошее. Они помогли ему открыть глаза на прекрасный мир. Они помогли ему познать то, что никогда не открылось бы ему, если бы он оставался пастухом. Дорогой ценой он купил этот новый, открывшийся ему мир. Черная завеса невежества, отгородившая от пастушка большую жизнь, была приподнята мечом людей маджаи.